Могут ли беременную посадить в тюрьму

Роды в местах лишения свободы

Могут ли беременную посадить в тюрьму

Светлана Бахмина: Недавно госпожа Мария Арбатова сказала про женщин, рожающих в местах заключения, что они специально беременеют, чтобы сократить срок пребывания. Я бы хотела развеять этот миф, который существует как на воле, так и в тюрьме. Я сталкивалась с беременными еще в СИЗО, куда они попадали уже будучи в положении.

Их беременность никак не облегчала установленную им меру наказания. Помню, в изоляторе была женщина, которая ходила на заседания с огромным животом, будучи уже на восьмом-девятом месяце. Я удивилась: что же нужно было совершить, чтобы тебя заключили на таком сроке беременности. Оказалось, вполне ординарный случай: кража из супермаркета.

В итоге она родила в СИЗО, и только через месяц удалось уговорить, чтобы ее выпустили под подписку о невыезде. Я видела в автозаках женщин, которые ездили на суды с младенцами на руках. Испытание непростое: две клетушки, одна женская, другая мужская, в каждой по 30 человек, большинство из которых курит.

В московском изоляторе №6 в Печатниках была отдельная камера №216, где содержались мамочки с детьми. Женщина, уезжая на заседание, могла оставить своего ребенка на сокамерниц. В то время, когда я была в СИЗО, гинеколог приходил крайне редко.

Вызвать врача для женщины, у которой начинаются схватки, — целая история: тарабанишь в дверь, зовешь, как там говорят «дежурку», просишь ее вызвать доктора. Естественно, его нет, на месте только фельдшер, а если схватки случаются ночью, то говорят «подожди пока».

Порой доходило до критических ситуаций: среди ночи просыпаешься от грохота алюминиевых мисок, которыми женщины стучат по решеткам, чтобы привлечь внимание, и кричат: «Срочно врача!» Я знаю несколько случаев, когда женщины рожали в коридоре, не дождавшись помощи.

Если врач все же приезжает, то женщину под конвоем везут в специальную двадцатую больницу в Москве, где есть отделение для тех, кто находится под стражей. Рожает она, пристегнутая наручниками, чтобы, видимо, не сбежала во время родов. Через три-четыре часа женщину везут обратно в камеру, а ребенка оставляют на положенные несколько дней в гражданской больнице.

Дай Бог, чтобы у мамы за это время не пропало молоко. Из больницы ребеночка привозят к маме, и их селят в отдельную камеру, где кроме железных кроватей стоят еще и детские. Там я впервые увидела детей, которые спокойно спят под невероятный шум железных дверей. Невозможно передать этот лязгающий звук. Ты сама непроизвольно дергаешься от этого, а они спят беспробудным сном. У этих детишек такое же расписание, как и у их мам: утром проверка, вечером проверка, обед по расписанию. Родивших в СИЗО женщин отправляют уже в колонию, где есть дом ребенка. Их в стране тринадцать, в них содержится около 700 детей.

Вообще для колонии беременные женщины — явление необычное. В основном там все брошенные: кто-то был замужем, но развелся, к кому-то не могут приезжать по финансовым причинам — не у всех есть деньги на билет. У многих не то что свиданий нет, посылок-то не получают. Поэтому забеременеть там могут только те, к кому приезжают мужья на длительные свидания.

Когда я узнала, что беременна, то, конечно, испытала шок, но вопрос, оставлять ли ребенка, даже не стоял. Наверное, меня спасало то, что это был не первенец. Надеялась на свое здоровье и крестьянские корни: представляла, что по уровню условий это будет как в поле в деревне. Не могу сказать, что отношение в колонии ко мне сильно изменилось.

Пожалуй, это вызвало дополнительный интерес: я в принципе была не стандартным «клиентом» этого учреждения, а тут еще и такое событие. Прямо меня никто не осуждал, но и жизнь мою никто не облегчил: в 6 подъем, в 10 отбой, в течение дня ни присесть, ни прилечь, рожавшие женщины поймут, что это значит.

Прежде всего это тяжело морально, ты постоянно беспокоишься о здоровье ребенка.

Как правило, когда обнаруживают беременность, женщину отправляют в ту колонию, где есть дом малютки, чтобы сразу после рождения туда его забрать. Моя ситуация не совсем стандартна: я не рожала в самой колонии. Примерно за месяц до родов меня перевели в ЛПУ — лечебно-профилактическое учреждение.

Первые серьезные анализы, УЗИ мне сделали уже там, когда я была на восьмом месяце. Быть может, врачи и хотели мне помочь раньше, но такой возможности не было: максимум раз в месяц приезжал на зону гинеколог, делали общие анализы крови, мочи. Слава Богу, у меня не было проблем, в противном случае как-то помочь очень тяжело.

Само ЛПУ выглядит достаточно забавно, у меня возникли ассоциации с Чеховым, с его описаниями приходских больниц XIX века. Небольшой домик, почти деревенская мазанка, где одна половина — гинекологическое отделение, вторая — родильное. Отделение — это громко сказано: маленькая комнатка, на стенах висят древние щипцы. Пока я там лежала, родили восемь женщин.

Один случай сильно врезался мне в память. Девушка-наркоманка родила недоношенную девочку. Врачи удивлялись силе воли ребенка: по всем показателям она не должна была родиться живой, но ребенок еще часов пять боролся за жизнь.

Я часто задаю себе вопрос: выжила бы эта девочка, если бы родилась в нормальных условиях? Врачи там опытные, отработавшие в таких условиях по тридцать лет. Все, что можно сделать руками, они делают. Этот роддом при колонии был первым, где принимали роды у ВИЧ-инфицированных. Сейчас это уже не редкость: у нас в СИЗО была ВИЧ-инфицированная мама с ребенком.

Мамочки меня поразили: ясно, что это соответствующий контингент, но в моем понимании женщины, готовящиеся к рождению детей, прекрасные, умиротворенные, а не курящие «Приму» или «Яву». При этом я не могу сказать, что они были плохими матерями, все равно старались ухаживать за детишками.

Если нет никаких осложнений, то примерно через пять дней ребеночка и маму везут обратно в колонию, при этом ребенка на скорой помощи, а маму — в автозаке. Иногда происходит разрыв: когда ребеночку нужен дополнительный медицинский уход, его отвозят в гражданскую больницу, а маму все равно отправляют в колонию.

Пожалуй, одна из главных проблем — нарушение связи с ребенком: не знаю, какова здесь «заслуга» пенитенциарной системы. Мама живет с ребенком месяц или максимум два в доме малютки, а дальше она возвращается обратно в отряд и может посещать ребенка в обед и вечером на час. Разумеется, ни о каком кормлении речи не идет.

В принципе она может кормить и после возвращения в отряд, но физиологически это сложно: процесс образования молока требует постоянного кормления, нужно сцеживаться, а для этого нет гигиенических условий. Моешься-то раз в неделю, туалет на улице. Поэтому, как правило, кормление прекращается через два месяца.

Из-за этого разрыва с ребенком происходит самое страшное: постепенно материнские чувства притупляются. Несколько лет назад ввели такой эксперимент: сделали несколько комнат совместного проживания, где ребенок может жить, как дома, с мамой.

Таких комнат очень мало, чтобы туда попасть, нужно быть на хорошем счету у администрации, что не всегда зависит от хорошего поведения заключенной. Когда в доме малютки находится 50 детей, а таких комнат 10, очевидно, что места хватит не всем.

Когда ребенку исполняется три года, его отправляют в детский дом. Иногда делают поблажку: оставляют еще на полгода, если мама должна выйти в течение этого времени.

По закону существует некая возможность встречаться с ребенком в детском доме, но в реальности его администрация не хочет брать на себя обузу возить ребенка к маме, а у нее, соответственно, тоже нет такой возможности.

Поэтому дети остаются одни именно в том возрасте, когда им так нужна мама.

Есть еще один важный вопрос: в нашей стране не существует системы реабилитации осужденных. Когда ты выходишь, тебе дают 700 рублей, чтобы доехать до дома, даже плацкарт до Москвы стоит дороже.

Если у тебя нет родных и близких, у тебя есть только одна возможность — откладывать с зарплаты, которую ты там получаешь. На тот момент, когда я там была, зарплата швеи составляла 500-600 рублей в месяц. Сейчас вроде около двух тысяч.

Очень часто бывает, что, выйдя с зоны, женщины теряют квартиры: предприимчивые родственники, «пользуясь случаем», каким-то образом их отнимают. Выйдя из колонии, женщины мало того что не имеют условий для собственной реабилитации, так еще и с ребенком на руках.

Неудивительно, что порой некоторые мамочки бросают своих детей на вокзале. Законный выход для освободившейся матери без родных только один — отдать ребенка в детский дом, где можно навещать его на выходных, а самой в это время пытаться найти работу.

Конечно, в колониях разрешены аборты. Тем не менее я знаю, что даже там врачи отговаривали женщин от этого. Если врач видит, что у женщины есть шанс вернуться к нормальной жизни после выхода, то советует родить и потерпеть.

Недавно я была в нескольких тюрьмах в Дании. Невероятно, но у них тюрьма открытого типа без забора, потому что считается, что люди сознательные и не будут бежать, а тех, кому это удалось, все равно рано или поздно поймают.

А директор тюрьмы похож на профессора университета: интеллигентный, открытый, ничего не скрывает. Самое главное, там заботятся о том, чтобы человек не выпал из социальной среды: заключенные сами себе готовят, стирают в машинке.

Я, например, вышла и забыла, как морковку чистить, потому что ты забываешь, что и как в реальной жизни происходит.

Беременную женщину в Дании сажают только за очень серьезное преступление. Власти предпочитают денежные штрафы. Если женщина все же оказалась в тюрьме, то рожает она все равно в гражданской клинике, находясь там столько, сколько нужно.

Только через восемь месяцев женщина идет работать, а ребенок, если его не забрали родственники, находится в детском саду. Утром приезжает такси, забирает малыша и отвозит в обычный муниципальный детский сад, вечером привозит обратно к маме. Меня потрясло такое простое решение этой проблемы.

Дети нормально развиваются, социализируются, несмотря на то что мама в тюрьме.

Проект «Жизнь в тюрьме»:

Екатерина Затуливетер: 11 дней в британском депортационном центре

Ольга Романова: В тюрьмах выходят замуж по любви и для удобства

Светлана Бахмина: Быт в колонии

Источник: https://snob.ru/selected/entry/59453/

Как происходят роды в тюрьме

Могут ли беременную посадить в тюрьму

Если вам довелось рожать в тюрьме, то вы получили исключительную возможность узнать массу таких подробностей, которые даже не снились другим женщинам: можно ли рожать в наручниках и присутствует ли при родах охрана; сколько времени роженица остается в роддоме и каким образом ее отвозят назад в изолятор; обыскивают ли младенца, когда он с матерью выезжает на суд; склоняют ли беременную к аборту; может ли мать воспитывать своего ребенка, если ей разрешили взять его в колонию, и многое, многое другое.

Беременные содержатся в общих камерах – душных, прокуренных, – кормят их той же самой пищей. В больницу роженицу обычно отвозят при первых схватках, если заключенные успевают сообщить об этом администрации. Везут в “автозаке” или на “скорой помощи”, но всегда под конвоем.

В некоторых случаях рожающую женщину могут доставить и в наручниках. После родов содержащаяся в трудколонии женщина должна через два месяца приступить к работе. Ребенок остается в больнице положенное время – 5-6 дней, а потом, если он здоров, его возвращают матери.

С этого момента, или чуть раньше, мать начинает жить в отдельной, приспособленной для таких случаев камере, в которой могут находиться только беременные или кормящие. Так написано в “Законе о содержании под стражей”.

Но, как и многое другое, предусмотренное этим актом, чаще всего остается простой декларацией, благим намерением, из тех, которыми вымощена дорога…в ад.

Если у матери нет грудного молока, администрация помогает ей с искусственным питанием.

Однако известен случай (это произошло в архангельском СИЗО), когда мать, потеряв молоко после падения с верхнего яруса, не могла добиться от администрации искусственного питания, и была вынуждена в течение двух недель кормить двухмесячного ребенка жеваным хлебом. Это вызвало бунт в тюрьме и тогда администрация была вынуждена изыскать средства для покупки молочных смесей.

Мать в СИЗО практически не разлучается с ребенком, ей некому его оставить, некому передать на время. Единственная возможность временного отдыха матери – это отправка ребенка в больницу.

По достижении ребенком трехлетнего возраста его разлучают с матерью. Никаких обычных на свободе социальных льгот и социального обеспечения беременные и женщины с детьми в заключении не имеют.

В целом можно сказать, что положение женщин в СИЗО и трудколониях во многих отношениях оказывается хуже, чем у мужчин. Следствие – распад всей ткани нормальной жизни, т. е.

распад семей, неумение обращаться с ребенком, распад отношений с детьми и т. д.

При выезде матери на суд ребенка могут подвергнуть обыску по той же причине. Сложности оперативной обстановки, по правде сказать, заключаются в межкамерных и межличностных связях подсудимых и подследственных. Иными словами, записку “мамочка” может передать, или еще чего.

А такого быть не должно. Так уж повелось, что интересы следствия важней интересов ребенка. Хотя здравый смысл подсказывает, что неправильно это, что не может так быть, чтобы невинное дитя самые первые и самые важные месяцы и годы жизни провело …в аду.

Даже если его мать и не ангел.

Условия содержания матерей с малолетними детьми в местах лишения свободы

Ст. 100 УИК:

1. В исправительных учреждениях, в которых отбывают наказание осужденные женщины, имеющие детей, могут организовываться дома ребенка. В домах ребенка исправительных учреждений обеспечиваются условия, необходимые для нормального проживания и развития детей.

Осужденные женщины могут помещать в дома ребенка ИУ своих детей в возрасте до трех лет, общаться с ними в свободное от работы время без ограничения. Им может быть разрешено совместное проживание с детьми.2.

С согласия осужденных женщин их дети могут быть переданы родственникам или по решению органов опеки и попечительства иным лицам, либо по достижении детьми трехлетнего возраста направлены в соответствующие детские учреждения.3.

Если ребенку, содержащемуся в доме ребенка исправительного учреждения, исполнилось три года, а матери до окончания срока отбывания наказания осталось не более года, администрация ИУ может продлить время пребывания ребенка в доме ребенка до окончания срока отбывания наказания матерью.

4.

Осужденные беременные женщины и осужденные кормящие матери могут получать дополнительно продовольственные посылки и передачи в количестве и ассортименте, определяемых медицинским заключением. Осужденные беременные женщины, осужденные женщины во время родов и в послеродовой период имеют право на специализированную помощь.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/59aed51e50c9e57727767ce5/kak-proishodiat-rody-v-tiurme-59b21ba777d0e68ae6a14a56

Беременным отложат срок

Могут ли беременную посадить в тюрьму

Президент России Владимир Путин подписал законопроект, который упрощает применение отсрочки исполнения наказания для беременных женщин, а также женщин, имеющих детей до 14 лет.

В пояснительной записке к документу указано, что, согласно Конституции РФ, материнство и детство, и семья в целом находятся под защитой государства, а забота о детях, их воспитание — равное право и обязанность родителей.

Согласно семейному законодательству РФ, каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, а также право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Новый закон вносит изменения в статью 82 УК РФ, по которой суд сможет отсрочить отбывание наказания не только на стадии исполнения приговора, но и на стадии его вынесения.

Теперь судья сможет решить вопрос об отсрочке отбывания наказания без ходатайства беременной женщины или женщины, у которой есть малолетний ребенок.

Также новый документ вносит изменение в статью 311 Уголовно-процессуального кодекса.

Теперь осужденные, которым дали отсрочку, подлежат немедленному освобождению в зале суда. Ранее беременная женщина после приговора была должна написать ходатайство об отсрочке уже из стен СИЗО.

Заключенные, освобожденные по амнистии, приуроченной к 70-летию Победы, до сих пор не могут выйти на свободу. Радость арестантов сменилась… →

Общие же правила на этот вид смягчения наказания остались неизменными. На отсрочку имеют право осужденные беременные женщины, женщины, имеющие ребенка в возрасте до четырнадцати лет, а также мужчины, у которых есть дети до четырнадцати лет и которые при этом являются единственным родителем.

При этом не смогут рассчитывать на отсрочку те, кто совершил преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, а также любые преступления против людей, не достигших четырнадцатилетнего возраста. Кроме того, изменения в законодательстве не касаются тех, кто приговорен к лишению свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности.

Не получат также отсрочку и те, кто совершил преступления террористической направленности.

Заместитель директора ФСИН генерал-майор внутренней службы Валерий Максименко пояснил в ходе онлайн-интервью «Газете.Ru», что Служба исполнения наказаний давно уже выдвигала предложения, нашедшие отражения в утвержденном законе. Это связано с тем, что не во всех местах лишения свободы есть специальные помещения для детей осужденных женщин.

«Сейчас наше законодательство предусматривает дома ребенка только при исправительных колониях, но не при колониях-поселениях. Мы прорабатываем вопросы с судами о возможности применения к беременным женщинам и женщинам с детьми отсрочки от отбывания наказания.

Мы просим суды, выходим с ходатайством, что если преступление средней или легкой тяжести, то чтобы осужденным давалась отсрочка в исполнении приговора», — сказал Максименко.

Адвокат и бывший работник Следственного комитета Вадим Багатурия отмечает, что этот законопроект устраняет старую правовую коллизию, по которой человек, имеющий право на отсрочку, все равно попадал за решетку, пусть и ненадолго.

«Новелла призвана устранить существующий порядок, когда для применения отсрочки нужно человека сначала посадить в тюрьму, а позже, по его же ходатайству, оттуда вызволить, предоставив отсрочку.

Отныне судьи могут делать это превентивно, изучая личность подсудимых», — сказал он «Газете.Ru».

По его словам, закон, смягчающий ответственность, нужен всегда, так как государству важнее не увеличивать количество осужденных, а гарантировать условия воспитания подрастающего поколения родителями, попавшими в непростую жизненную ситуацию.

«Никакой угрозы общественным интересам от принятия этих поправок лично я не вижу, потому что они не касаются тяжких и особо тяжких преступлений. Оступившимся надо давать второй шанс», — добавил Багатурия.

Общаясь с этими девушками, пытаешься представить их гуляющими по улицам Краснодара. Пройдет такая мимо, и не обратишь внимания (или, наоборот… →

В старой редакции отсрочка была введена в российский Уголовный кодекс в 1996 году.

Основание для ее получения — это наличие у осужденной беременности, этот факт должен был быть зафиксирован документально независимой медицинской экспертизой.

При этом женщина имела право претендовать на отсрочку вне зависимости от того, на каком сроке беременности она находится. Фактически это был один из видов замены реального оказания условным.

За тем, как женщина воспитывает ребенка и соблюдает условия отсрочки, по закону, наблюдает инспектор ФСИН.

Его обязанностью считается слежение за выполнением матерью своих прямых обязанностей в отношении ребенка. Если женщина уклоняется от них, он имеет право вынести ей письменное предупреждение.

Осужденная теряет право на отсрочку в том случае, если совершает новое преступление. Кроме того,

если в момент отсрочки происходил аборт, выкидыш или гибель ребенка, женщине могли заменить отсрочку на реальный срок лишения свободы.

За время действия нормы об отсрочке она один раз стала причиной резонансного решения суда. Речь идет о деле Анны Шавенковой, которая в декабре 2009 года в Иркутске на улице Ленина совершила наезд на пешеходов.

Автомобиль Toyota Corolla, за рулем которого находилась Шавенкова, сбил двух женщин, проходивших мимо здания Байкальского государственного университета экономики и права, одна из которых скончалась, а вторая осталась инвалидом.

камера на стене вуза зафиксировала, как 28-летняя Шавенкова вместо оказания помощи пострадавшим начала звонить по мобильному телефону и осматривать повреждения на своем автомобиле.

Позже выяснилось что Шавенкова — дочь председателя Избирательной комиссии Иркутской области Людмилы Шавенковой и консультант в аппарате фракции «Единой России» Иркутской областной думы.

Ее обвинили по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса РФ «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, повлекшее по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью человека». Стоит отметить, что

https://www.youtube.com/watch?v=TIWtnDvRP7s

до покупки Toyota Corolla Шавенкова семь лет не управляла автомобилем, а также к моменту ДТП имела два штрафа за нарушения правил дорожного движения. Суд приговорил Шавенкову к 2,5 года лишения свободы в колонии-поселении и лишил ее права управлять автомобилем на пять лет.

В Общественной палате РФ прошел «круглый стол», посвященный вопросам альтернативных видов уголовных указаний. Большая часть обсуждения… →

Руководствуясь статьей 82 УК РФ (той самой, которой предусмотрена отсрочка), суд постановил отложить исполнение наказания на 14 лет — до достижения 14-летнего возраста сыном подсудимой, которого она родила накануне суда. А позже судья и вовсе амнистировал Шавенкову по случаю 70-летней годовщины Победы в Великой Отечественной войне.

Адвокат Денис Ковалев отметил, что основной проблемы, из-за которой беременные оказываются за решеткой, новый закон все-таки не решает.

«Безусловно, сам по себе документ — это позитивный сдвиг, который продолжает тенденцию на гуманизацию Уголовного кодекса.

Однако много зависит от того, какая практика его применения сложится, как суды будут принимать решения по этому вопросу. Сейчас эта норма очень редко применяется», — сказал адвокат «Газете.Ru».

По его словам, дело всего в одном слове, прописанном в статье 82 УК РФ. «Там сказано, что

суд «может» представить отсрочку, а не «обязан» это делать.

И случай Шавенковой на самом деле был одним из немногих, когда судья на это пошел. А общее правило таково: беременность является смягчающим обстоятельством, суд обязан его учесть, но автоматически это не освобождает от наказания осужденного», — пояснил Ковалев.

Источник: https://www.gazeta.ru/social/2017/03/09/10565369.shtml

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.